Скрытая правда войны: 1941 год

«Если завтра война»

До сих пор большинство историков в поиске причин временных военных неудач Красной Армии в 1941 году заостряют свое внимание на анализе глобальных проблем — последствий сталинской политики внутри страны и политических и дипломатических коллизий на международной арене. Поток однонаправленных исследований приводит к многочисленным, но малосущественным интерпретациям уже известных фактов или сомнительным заключениям, а порой и откровенным домыслам.

Но, не лучше ли посмотреть, а что же происходило в самой армии? Не здесь ли кроются первопричины ее тяжелых поражений? Ведь к войне готовились все равно. Другое дело — как готовились.

При военной угрозе предполагалось укрепить основные приграничные округа в мобилизационный период в основном за счет людских и материально-технических ресурсов внутренних областей страны. Такой порядок приняли из-за политической неблагонадежности отдельных групп населения западных районах СССР.

Про тяжелое положение Красной Армии красноречивее всего говорят документы той поры. Различные рода войск не умеют взаимодействовать друг с другом, техническая и материальная укомплектовка в среднем только на 50%, неумение руководить в штабах войсками и многое-многое другое.

Три указа одного дня. Просчеты планирования

22 июля 1941 года. В числе событий первого дня войны, в Кремле утвердили четыре указа Президиума Верховного Совета СССР. Один об открытой мобилизации стоял обособленно, а три других тесно связаны.

Фактически они узаконивали применение жестких мер принудительно-карательного характера на части территории Советского Союза. Но оперативные решения военного руководства в первый день оказались бесплодными. Переданная с опозданием директива 1 носила половинчатый и неопределенный характер. Несостоятельными оказались и директивы Ставки 2 и 3. К тому времени приграничные войска были уже или скованы, или расчленены начальными ударами противника, а вторые эшелоны и резервы военных округов из-за низкой боеспособности еще не могли принять участие в сражениях.

Более того, попытка выполнить требования директивы 3 Ставки о нанесении ответного удара по противнику, что совершенно не отвечало действительной обстановке, внесла дезорганизацию в боевую деятельность штабов и войск армий прикрытия, почти полностью нарушив управление ими.

Преодолевая разрозненное сопротивление советских войск, немецкие корпуса к 25 июня на направлениях главных ударов вклинились до 230 км к востоку от границы. По всей территории бывших особых военных округов в воздухе господствовала авиация противника.

Вследствие мобилизационного провала к концу начального периода войны (9−10 июля) из 212 дивизий и 3 стрелковых бригад, имевшихся в составе действующей армии, были полностью укомплектованы лишь 90.

Трагедия тыла

Накануне войны подразделения и учреждения фронтового, армейского и войскового тыла, также как и войска готовились к победоносным сражениям на чужой территории.

Значительная часть материальных запасов располагалась в приграничных районах и ближайших крупных населенных пунктах. Такой просчет советских военных стратегов обошелся дорого: впервые же дни немецкого нападения большинство тыловых складов подверглись уничтожению или оказались захваченными противником.

И еще, Тимошенко вынужден был констатировать «высший командный состав пренебрежительно относится к вопросам боевого и материального обеспечения операции, войсковые штабы, армейские и фронтовые управления не овладели в достаточной степени искусством обеспечивать операцию материально-техническими средствами и умело организовывать армейский и фронтовой тыл, управлять им, организовывать службу регулирования и твердый порядок в тылу».

Преодолеть барьер самонадеянности командования в деле тыловой поддержки войск так и не удалось. Хотя к войне вроде бы и готовились, она застала тыл Красной Армии врасплох.

«Пороги безвластья»

Введение военного положения в стране, казалось, должно было однозначно сопутствовать консолидации различных государственных и партийных органов в деле укрепления обороноспособности, установления жестокого порядка и твердой трудовой дисциплины в прифронтовых районах. Однако принятие чрезвычайных мер для руководства жизнедеятельностью населения зачастую давало обратный эффект, особенно там, где уже слышались раскаты канонады. С одной стороны, проявлялись растерянность, самоустранение и паралич власти. а с другой — ее правовой беспредел.



Теги: военного